 |
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Once again, I'm touching upon the subject of what's wrong with modern libertarians. I have previously called for "purging" some moderates, centrists and conservatives out of the pro-liberty movement, and now it's the libertarians' turn. This article states that Tolkien's Lord of the Rings is a better aesthetic setting for libertarianism than Atlas Shrugged. Regardless of whether the article correctly describes Tolkien's world, I'd like to delve into the claims made by the article's author. Basically, what is outlined in the story is a contrast between the Judeo-Christian and Greco-Roman views of man (here I do not mean religions per se but the mindsets). The former (which the author links to Tolkien, though I'm not sure if this is correct) presents man as small, humble, fallible, imperfect. It sees perfection and complete rationality as a utopia, an ideal that cannot be achieved in reality. Man is stained forever with the original sin. Now, this guy is trying to smuggle the concept of liberty into this dwarf world. What he fails to understand, however, is that the idea of liberty, properly understood, is alien to it. This is one of the reasons why I hate Christianity. In the latter world (Greco-Roman-Randian), perfection is attainable, and a triumph of reason is possible. Man, as he should be, is not a dwarf but a titan, an Atlas, a giant. He accepts no unearned guilt, exemplified by the notion of original sin. "Purity", which is dreaded by dwarfs, does not scare him. For the Christian dwarf pure joy, pure happiness and pure reason (not in the Kantian sense, lol) are chimeras, elusive shadows that keep escaping from him. For him, there is always a "but", "the other side". He cannot achieve integrity. His mind is forever split between the realm of action and the realm of intellect - for him, they are separate dimensions that seldom overlap. The Greek giant is a man of integrity. For him, action and thought are two aspects of the same process. Pure happiness and pure rationality are real and within reach. For the dwarf, liberty is neither possible nor even conceivable. As my opponents admit, this view implies some degree of irrationality. It is not necessarily wholly irrational but always irrational to some extent. But, you see, one cannot be “a bit rational” for the same reason that one cannot be “a bit pregnant.” Once a drop of irrational poison (i.e. faith) taints one’s soul, it is destined to spread farther and eventually destroy it, unless stopped. Thus, rejecting “pure rationality” implies abandoning rationality altogether. The dwarf is afraid of universal abstract systems and absolutes. He perceives such systems as tyrannical, regardless of whether they are really so. For him, reality is a vague, undifferentiated amoeba, and truth is a fluid, fleeting property, never wholly attainable. At this point, the nihilism of a subjectivist and the dogmatism of an intrinsicist converge, as they always do. For both, truth is something that has nothing to do with reality – for a dogmatist, truth is other-worldly, while for a subjectivist, truth does not exist. This view lays waste to any concepts, including that of liberty. In the hazy world of the dwarf, concepts are difficult to define, and facts are never certain and absolute. “Judge not lest ye be judged.” Liberty is freedom from the initiation of force. But the dwarf would find it hard to ascertain what exactly these concepts signify. What is force? What is initiation? What is “freedom from”? To find out whether force was initiated and by whom, one needs vast integrations of empirical data and a thorough, rational analysis of facts. They need to be “absolute.” But the dwarf’s protean reality is never certain and absolute. Moreover, the concept of unearned guilt stains human life. The value of freedom is based on the value of life and happiness. But the dwarf’s happiness is never complete. There is always some hunch in his subconscious that “it’s too good to be true”, that something’s wrong, though everything seems right. Something is indeed wrong. It is the dwarf’s mindset. To achieve happiness and one of its prerequisites, liberty, one needs to embrace the giant’s worldview, not the dwarf’s.
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
В 18-19 вв. главный идеологический конфликт был между тем, что можно условно назвать монархизмом и республиканством. Сторонники классического либерализма были как с той, так и с другой стороны, но, пожалуй, в Европе (но не в США) на стороне монархизма было значительно больше либералов. А вот зарождающиеся национализм и социализм в большей степени ассоциировались с республиканством (хотя и здесь было много исключений).
Войны Великобритании против революционной Франции закончились победой монархизма (и by extension либерализма) над республиканством (и by extension прото-социализмом и прото-национализмом). Там, конечно, все было сложнее, поскольку и сам Наполеон "предал" республиканскую идею.
Первая мировая война, напротив, завершилась сокрушительной победой республиканства. Три крупнейшие монархии, где монарх все еще играл хотя бы какую-то роль в управлении - Германия, Австро-Венгрия и Россия - пали на завершающей стадии войны. Национализм и социализм стали доминирующими идеологиями.
В результате второй мировой войны либерализм и социализм победили в схватке с национализмом. Именно поэтому (а не из-за того, что фашисты были хуже социалистов, как некоторые думают) национализм после этого стал маргинальной идеологией, а расизм и нацизм и вовсе стали табу. Германия и Япония - страны, где национализм достиг наиболее ужасающих пропорций - в итоге пошли по американскому, либеральному пути развития. Западная Европа, которая до этого была ареной борьбы между социализмом и национализмом, теперь прочно вошла в "либеральный" лагерь.
Началась решающая схватка между социалистами во главе с СССР и либералами во главе с США. Первые признаки победы либерализма проявлялись уже в том, что разлагающее влияние империалистов все больше и больше проникало в советскую культуру. Более того, и сам советский режим стал гораздо более либеральным, по сравнению с 1917-1956 гг. Чувствуя нежизнеспособность собственного режима, советские вожди стремились к сближению с Западом (разрядка была одним из аспектов этого явления). Подпитка извне была единственным способом выживания бандитского режима.
Наконец, реформы Дэн Сяопина в Китае и коллапс СССР привели к окончательной победе либерализма в мировом масштабе. Социализм как идеология избежал участи нацистов, но становился все более и более маргинальным. Многие коммунистические партии переименовались в "левые" или социал-демократические, а социалисты стали все больше косить под либералов. Даже северокорейские трупоеды заменили марксизм-ленинизм идеологией "чучхе" в 1970 гг., а в 2009 г. и вовсе удалили упоминания коммунизма из конституции. Парафразируя Ницше, можно сказать, что "Маркс умер".
Иначе говоря, весь мир пошел по американскому пути. Manifest Destiny принесла идеологию отцов-основателей в самые удаленные уголки мира. Но есть одно "но"…
За это время либерализм проделал эволюцию от либерализма Джона Локка до "либерализма" Обамы и Медведева (прости господи). Иначе говоря, стал своей противоположностью.
В нем еще есть отголоски "того" либерализма. Но он напоминает его в той же степени, как столетний старик напоминает здорового мужчину в расцвете сил.
Остатки классического либерализма привели к беспрецедентно высокому уровню жизни и технологическому уровню в глобальном масштабе. Как в свое время североамериканский континент, весь мир стал единым рынком. Более того, инерция классического либерализма достигла тех областей, где раньше были лишь дикие и иррациональные идеологии.
Однако из-за упадка современной культуры либерализм все больше и больше становится пустым словом. Часто это название используется как другой термин для социализма, в результате чего для сторонников libertas в США либерализм - это ругательное слово. Можно сказать, что сбылись мечты некоторых "прогрессивных" товарищей о "конвергенции" советской и американской систем, в результате которой США становились все более социалистическими, а СССР - все более либеральным. Очевидно, они должны были сойтись в одной точке. С приходом Обамы эта точка приближается все быстрее и быстрее.
Некоторые (напр. Медведопут) употребляют слово "либерализм" просто, чтобы побалаболить. Для них это просто модное словечко, которое теперь является мейнстримом. Они вынуждены его употреблять. But they don't mean it, nor do they know what it means.
Слово "либертарианство", похоже, постигла почти та же участь. Все больше и больше левых называют себя "либертарианцами" (что еще раз свидетельствует о крахе социализма). К движению часто присоединяются откровенные сумасшедшие и религиозные фанатики. Все более популярна "рэндофобия" среди либертарианцев - странное, казалось бы, отношение к идейному вдохновителю всей идеологии, но вполне понятное, учитывая "психоэпистемологию" этих людей. Для многих либертарианство - это просто модный ярлык, не более того.
Другими словами, "победа либерализма во всем мире" оказалась пирровой победой.
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
http://blackrotbook.narod.ru/pages/26.htm"Причины разыгрывающейся драмы — чисто технические. Некоторые агрономические методы были навеяны опытом советского академика Лысенко и — при волюнтаристском отрицании генетики — стали в Китае, как и в стране Большого брата, непреложной догмой. Навязанные крестьянам, они приводили к удручающим результатам, но Мао уверял, что «чем гуще посеять зерна, тем легче им взойти в хорошей компании; когда они растут вместе, то чувствуют себя лучше»95. Вот что значит творчески применить к природе понятие классовой солидарности! Тем временем загущенность посевов в пять-десять раз выше нормы убивала молодые всходы, слишком глубокая вспашка сушила почву и выступала соль, а пшеница оказалась не слишком «хорошей компанией» кукурузе." Tags: homo homini idiotus est, red fascism
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Описывается голод во время "большого скачка" Мао. http://blackrotbook.narod.ru/pages/26.htm"Тысячи арестантов подвергаются систематическим пыткам, детей убивают, ошпаривая кипятком и запахивая в поля вместо удобрения, а в это же время по всей стране прокатывается кампания под лозунгом: «Учиться у Хэнани!». В провинции Аньхой, где принято решение «держать красное знамя, даже если 99% из нас умрут»107, тем временем возрождаются обычаи прошлого: людей живьем закапывают в землю или пытают каленым железом. (…) Отчаявшиеся крестьяне бегут в города, где их встречают пулеметным огнем. (…) В Хэнани было официально зарегистрировано 63 случая каннибализма, особенно в разгар «сезонных торгов», когда родители отдавали своих детей на съедение110. (…) Живые, чтобы продержаться, были вынуждены выискивать червей и непереваренные зерна кукурузы в конском и коровьем навозе113. Люди стали подопытным материалом, на котором проводилось апробирование новых «питательных» эрзац-смесей, например, муки с 30% целлюлозы для выпечки хлеба или болотного планктона с рисовой кашей. От первого продукта весь лагерь страдал непроходимостью кишечника и некоторые умирали в мучениях; от второго также болели, а самые слабые гибли. Наконец, специалисты выбрали оптимальный вариант — труху из молотых стержней кукурузных початков, и это «достижение» триумфально внедрялось по всей стране114. (…) Голодуха была такая, что у них не осталось сил собрать созревший рис, а урожай в тот год был отменный, и многие умирали с голоду, глядя, как зерна падают из метелок на землю, и их гонит ветер. В некоторых деревнях никто не мог дойти до посевов. (…) Родители обменивались детьми, чтобы не видеть, как тех отдадут на кухню. Я отчетливо видел страдальческие лица родителей, жевавших мясо детей, вместо которых они отдали своих. (…)Мао Цзэдун, затеял "большой скачок" и заставил тысячи и тысячи обезумевших крестьян убивать — лопатой по голове — своих соседей и спасаться самим, поедая под угрозой смерти своих же друзей детства! (…) Государство отреагировало на кризис (следующими) мерами… Было решено продавать зерно за рубеж, в первую очередь в СССР. Экспорт составил 2,7 миллиона тонн в 1958 году, 4,2 миллиона тонн в 1959 году и 2,7 миллиона тонн в I960 году." Еще прикольнуло то, что ситуация в деревнях была настолько хуевая, что крестьяне искали пропитания в местном ГУЛАГе (лаогай). Т.е. в сельской местности было даже хуже, чем в концлагерях. Также прикольно то, что в какой-то провинции там запретили разводить огонь. Напоминает подобный запрет тирана Даркена Рала в Wizard's First Rule Гудкайнда. Tags: red fascism
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
http://arbat.livejournal.com/390598.html?thread=17733830#t17733830
Вы, я смотрю, весьма преуспели в экзегезе моих текстов. Вы умудрились найти там то, о чем я даже и не думал. Я, кажется, vaguely помню, что вы имеете какое-то отношение к либертарианскому сообществу, но похоже, что по стилю мышления вы мало отличаетесь от левых товарищей, которые видят фашизм везде, где его нет, и в упор не замечают его в своей же идеологии.
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
reaganx's journal
Previous
